|
С 19 по 27 июня в городе Дордрехте (Нидерланды) проходил Международный фестиваль театра кукол. Могилёв на нём был представлен спектаклем «Пойзон». «Это был юбилейный 25-й фестиваль, — рассказывает участник Дортрехтского форума главный режиссёр Могилёвского театра кукол Игорь Казаков. — В его рамках проходил Международный конгресс УНИМА — съезд всех кукольников мира. Там собрался европейский бомонд: Германия, Голландия, Бельгия, Франция, Италия, Испания... Также были представители России и Беларуси». Подробнее о фестивале и о его могилёвской составляющей — в материале П. Левановича.
— Если говорить о каких-то примечательных чертах фестиваля, — уточняет Игорь Казаков, — то он отличается большим культурным разнообразием. Например, 6 лет назад на фестиваль специально приглашали театр из Ненецкого автономного округа, т.е. организаторам была интересна культура далёкого народа. В этом году проходила выставка африканских масок, были народные театры из Индонезии. Спектр культур очень широк, и спектакли отличаются — есть абсолютно модерновые с невероятной проекцией, а есть очень традиционные — к примеру, китайский традиционный театр.
Многообразны и театральные формы — это и уличные спектакли, и перформансы, и домашние театры. Куклы тоже разные — есть очень примитивные и маленькие, которые помещаются в спичечный коробок, есть — огромные куклы (в несколько метров). Их можно «оживить» только с помощью подъемного крана. Вот такой фестиваль!
— Наверное, вы посмотрели многие спектакли... Какие из них Вас особенно впечатлили?
— Не скажу, что удалось посмотреть все спектакли... Некоторые я видел раньше. Многие бы перенес на могилевскую сцену. Речь, конечно, не о плагиате, а о расширении горизонтов. Хотелось бы показать, что театр кукол — не только для самых маленьких... Он абсолютно разный. Здорово было бы пригласить иностранных постановщиков. Если у нас и будет организовываться фестиваль, я думаю, мы обязательно пригласим на него гостей, чтобы показать театр кукол во всем его многообразии.
Если говорить о могилевском репертуаре, мы стараемся ставить спектакли таким образом, чтобы каждый из них нес что-то новое, по-своему удивлял зрителя. Моя задача делать спектакли таким образом, чтобы каждая новая постановка была неповторима.
Признаюсь, спектакль «Пойзон», который мы возили на фестиваль, в Дордрехте восприняли неоднозначно — тема достаточно радикальная. Спектакль, конечно, сложный. Он либо находит отклик в сердце зрителя, либо нет. С другой стороны, мы получили ряд приглашений на другие фестивали.
Поразила реакция детей — после спектакля они бросились на сцену, чтобы рассмотреть декорации. Актеры опешили — «мы никогда такого не видели!» У европейцев иная культура... К примеру, они могут комментировать спектакль во время действия — и это нормальная ситуация.

— Европейское искусство экологическую тему рассматривает очень давно. Были похожие (я имею в виду «Пойзон») спектакли?
— Нет, на этом фестивале спектаклей такой направленности не было. Хотя одну постановку можно условно отнести к экологической тематике... Несколько лет назад я увидел замечательную историю о человеке, который раздавил червяка, причем случайно, и на протяжении всего действия ему не давала покоя совесть. Вот такой спектакль! Что касается «Пойзона»... Мы не преследовали цель ставить «экологический спектакль». Тема экологии — всего лишь предлагаемые обстоятельства. Речь всё-таки о нравственных проблемах, о человеческих страстях, о наших глупостях. Тема экологии — это всего лишь копирка.
— Наверняка существуют отличия между европейским и белорусским театральным искусством. Какие из них наиболее очевидны?
— На западе искусство более откровенное, радикальное! Оно постоянно обозначает себя как явление... В чем прелесть европейского театра? В том, что существует огромное количество театров, и все они — разные! Зритель одного театра не пойдет в другой. Есть театры, которые находятся в «растаманских районах», вокруг — какие-то стройки, сквоты, панки — полный андеграунд. И вот там проходят спектакли. Ну, не пойдет аудитория этого театра в Государственный оперный театр!
Соответственно, и состоятельные бюргеры не пойдут в растаманский театр. Есть еще и маленькие театры. Наш театр — большой. Мы вынуждены «забивать» его целиком. А есть театры, рассчитанные на 40 зрителей. И это прекрасно! Это совершенно иной уровень общения зрителя с актерами! Более интимный, обрядовый...
Моё самое яркое эмоциональное впечатление, которое заставило многое переосмыслить в профессии, — это спектакль, куклы которого находились в спичечном коробке, т.е. весь спектакль показывался в крохотных коробках (!). Куклы были настолько маленькие, что пальцы не могли их удержать. И поэтому они были на спичках. Никто не гнался за пошлыми театральными стереотипами — чтобы было красиво, выдержано... Но это как раз и потрясло! Не ожидаешь от мелюзги такого впечатления, а оно есть... Замечательный спектакль, но, действительно, жутко радикальный, очень злой, с жёстким юмором...
— Скоро ли в Могилеве будет собственный фестиваль театра кукол?
— Фестиваль городу необходим, потому что это — глоток кислорода и для его участников, и для зрителей. Фестиваль — это всегда праздник, потому что идёт обмен опытом, мировоззрением. Например, европейский зритель, глядя на «Пойзон», думает о том, что волнует нас — белорусский театр. Они знакомятся с нашей культурой и, таким образом, происходит некое единение — то, что не нуждается в пояснениях и в языковых ремарках.
Фестиваль — это очень хороший способ привлечь все возрастные категории, потому что сейчас репертуарная политика многих театров строится по принципу «спектакли для всей семьи». Это — беспроигрышный вариант. Однако, помимо ежедневной суеты, должно быть что-то еще... Должно быть стремление к прекрасному! Надеюсь, театр и есть это прекрасное.
Наша задача — в ближайшее время организовать фестиваль театра кукол. Может, это будет молодежный форум, а может — фестиваль профессиональных театров. Пока сложно об этом говорить определённо: мы еще «цыгане» — у нас нет своего тетра. Дай Бог, в ближайшее время он откроется, и это будет первый шаг навстречу ещё одному Могилёвскому театральному форуму.
П. Леванович
|