Могилевский ГК «Машека» — неиссякаемый источник интересный людей. На этот раз наши корреспонденты встретились с Антоном Ладутько. Антон — перспективный минчанин, устремлённый в будущее. В эксклюзивной беседе с корреспондентами сайта он рассказал не только о своей спортивной карьере, но и об отношениях с командой и о предстоящей свадьбе.

— Стать гандболистом — мечта детства?
— Нет. Все получилось вполне банально. Дело в том, что старший брат Николай, который всегда был и остается для меня примером для подражания, тоже гандболист. Глядя на него, я и заинтересовался ручным мячом. Моим первым тренером был сегодняшний наставник «Аркатрона» Владимир Григорьевич Азов. Однако сначала, у меня что-то не заладилось с гандболом, и я ушёл в футбол, где добился немалых успехов: выступал за сборную города в роли вратаря.

Мне это не особо нравилось, да и перспектив не было, поэтому в возрасте 13 лет снова вернулся в гандбол и уже через год попал в «аркатроновский» класс. Там я окончательно сформировался как игрок. Из-за выгодного в финансовом и игровом плане предложения в 2007 году я принял решение перейти в «Викторию-регию». С ней играл за студенческую сборную и занял первое место на ЧЕ и второе на ЧМ. Ну, а с нынешнего сезона я представляю «Машеку», поскольку в «Виктории» закончились деньги.

— Финансовые проблемы — не редкость для белорусского чемпионата. В федерации обращают на это внимание?
— Конечно! На всех собраниях поднимается этот вопрос. Раз говорят, значит примут какие-то меры.

— Вы были наслышаны о стиле игры «Машеки» до прихода в эту команду?
— В первую очередь я слышал об их сплоченности. О том, что тренерский штаб здесь — грамотные психологи, что очень важно, как мне кажется. Они могут завести игроков, объяснить им, что и как надо делать очень простым языком. При этом найти подход ко всем. Иногда что-либо, объясняя, бывает полезно употребить «словечко», для наглядности, как говорится. До мужиков это лучше всего доходит.

К тому же, сами игроки — замечательные. Не в каждом клубе команда общается и за пределами спортзала, а здесь — именно так. Поэтому наш клуб является единым целым, он выходит и бьется — и это отличительная черта «Машеки». Я об этом слышал, а сейчас получил подтверждение. Психологически здесь играть очень комфортно.

— В «Машеке» примерно столько же молодых игроков, сколько и опытных. Вы одинаково хорошо общаетесь со всеми?
— Здесь вопрос, скорее, не в том, что есть молодые или «старые». Я, например, больше общаюсь с тем же Лисицей, Нестеренко, Жиркевичем, Поляком. Почему? Потому что знаю их много лет. С Поляком и Лисицей играли в «Виктории, а с Нестеренко я знаком со школьной скамьи. С Зенько и Жиркевичем сталкиваемся лет 10 на различных турнирах. Поэтому мне с ними проще. С молодыми проблем тоже нет, но они больше общаются между собой — опять же, потому что вместе учились. Это не вызывает никаких проблем. Понятно, что в любом коллективе кто-то с кем-то контактирует больше. Просто так удобнее, а не из-за того, что у нас конфликты.

— Вы — минчанин. Как удается жить на два города?
— Это первый раз, когда я уехал жить в другой город — до этого играл в минских клубах. В столице остались моя будущая жена, семья и много друзей, хочется их чаще видеть. В субботу после вечерней тренировки еду домой, а в понедельник — назад. На самом деле, расстояние не такое большое — всего каких-то 200 км. Сейчас езжу не так часто, а раньше, каждые выходные и при первой возможности.

— У многих создается впечатление, что у спортсменов легкая жизнь. Вы с этим согласны?
— С таким мнением я сталкивался не единожды. Многие считают, что у нас жизнь очень сладкая. Но это только верхняя часть айсберга: в 23 года у меня машина «Мерседес», я могу себе позволить дорогую вещь. Однако в эти же 23 года у меня множество операций и 11 переломов. Из последних десяти лет — один год я ходил в гипсе. Здоровье уходит, его потом вряд ли уже вернешь — вот так вот все «беззаботно и просто». Сходил «дурачка повалял», но не каждый выдержит такого «дурачка».

У спортсменов жизнь такая «легкая», что в нашем Чемпионате редко кого без наколенников встретишь, а к 30 годам — почти все инвалиды. И вообще, сколько у нас осталось игроков 1980-го года в Чемпионате? Самый звёздный 80-ый год (например, Рутенко, Курчев) — до сих пор играют за границей, потому что там бережнее относятся к спортсменам. В Европе заботятся о человеке, а в Беларуси важен результат — это советская методика, победа любой ценой.

Сломают тебя — придет другой, но дело в том, что сейчас не СССР. У нас нет столько людей. Тогда если на сборах 50 человек сидит: 20 сломали, так 30 же еще осталось! Сегодня же игроков брать неоткуда, а система не поменялась, можно только под нее подстраиваться.

— Не хотите подстраховаться и получить образование в другой сфере?
— Я уже получаю первое высшее, но оно спортивное. Альтернативное образование не помешало бы, особенно техническое, но это потом. Кстати, у меня уже есть «корочка» бухгалтера «Минского Государственного Колледжа технологий и дизайна в легкой промышленности». Эта учеба давалась мне нелегко. К тому же я не вписывался в общий ряд — 26 девушек и 4 парня.

— Расскажите про семью?
—Мой папа — мастер спорта по баскетболу. Играл за известный минский клуб «РТИ». Он часто посещает мои игры и является самым главным критиком. Поскольку отец знает всю спортивную кухню изнутри — может очень неплохо «накапать» на мозги (улыбается). Бывает, придешь домой — и сразу в комнате закрываешься. Меня забавляет, что он баскетболист, а учит гандболу. Хотя отцу — допустимо. Мама вообще никакого отношения к спорту не имеет. Мы смеемся, что она «министерская дочка». Вообще, у меня восхитительная семья. Я обожаю своих родителей, брата, будущую супругу, племянницу. Моя семья — это все что у меня есть в жизни, и я ее ни на что не променяю!

— Замечания отца приемлемы, а если Вас критикуют посторонние люди на трибунах?
—Я отношусь к этому абсолютно спокойно, ведь у нас в спорте, как и в политике, разбираются все. Любят писать на разных форумах, с трибуны крикнуть. Как сказал один известный американский политик: «Любая кухарка может управлять страной, лишь бы не готовить». Такие вот кухонные революционеры. Проще указать, оскорбить, загнобить, чем самому что-то сделать. Самое смешное — эти люди мало что понимают в тонкостях игры.

Да и вообще, во время матча я должен слушать только партнеров по команде и тренера. Если я еще и на трибуны буду обращать внимание — это уже будет не игра. В том же футболе разбирается вся страна, но собрать 11 человек и обыграть Люксембург, мы не можем. Не трогайте вы этих спортсменов, если они играют, значит, они больше понимают в своем ремесле! Не редко бывает, что зрители уходят еще до конца матча — менталитет такой.

От любви до ненависти один шаг. В Англии до финального свистка песни поют, даже если команда проиграла. Ведь за рубежом — матч — это семейный праздник: все кушают, отдыхают, весело проводят время. А у нас приходят выплеснуть негатив. Что говорить о болельщиках, если есть такие игроки, которые выходят на площадку, как на каторгу.

— Жизнь спортсмена насыщена переездами. Как Вы коротаете время в дороге?
— По-разному. Ко всему можно привыкнуть, и к постоянным переездам тоже. Я люблю читать криминальные газеты, там есть сюжет, не то, что в желтой прессе — все про любовников и пластические операции. Еще могу музыку слушать и спать. Часто команда играет в карты, например, в «тысячу». Только мы играем в «10 тысяч» — далеко же ехать.

— Гандбол — командная игра. Не обидно выкладываться по полной, когда другие «филонят»?
— В том то и дело, что работа такая. Однако, опять же, иногда ты не можешь хорошо играть, а пацаны страхуют. Так бывает по разным причинам, болеешь или просто не выспался. Есть спортивные хитрости — команда прикроет так, что зрители не заметят твое состояние. Если бы все у всех всегда получалось, я бы показывал вам сейчас олимпийскую медаль. В таких моментах важна сила коллектива, если он слабый —человека, который ошибся, «заклюют».

На следующей игре у него будут руки трястись как у балалаечника. Кто не может ужиться в гандболе, пусть идет в индивидуальные виды. Там все только от тебя зависит. Я в них не пошел потому, что игровые виды спорта развивают мышление. Не хочу никого обижать, но в легкой атлетике и штанге думать особо не надо. А в гандболе, как бы тебе ни объяснял тренер — передачу ты отдаешь сам. Тем более, важно как ты приживаешься в самом коллективе. Плохих людей команда выплевывает. Нужно найти своё место и заставить себя уважать. В этом преимущество нашего вида.

— Многие считают, что у спортсменов узкий круг интересов.
— Да, многие так считают, но это большое заблуждение. Все они, в том числе и я, получают или получили образование. Хотя бы это говорит о том, что спортсмены — разноплановые люди, и с ними можно поговорить на различные темы. Узкопрофильными их никак не назовешь.

— Что Вас интересует, кроме гандбола?
— Машины (ответил, не задумываясь). Мое хобби — ездить за рулем, таким образом, я расслабляюсь. Можно сесть и просто ехать в никуда. К тому же, автомобили — это мой вторичный половой признак (смеется). Больше какого-либо ярко выраженного увлечения нет, всего по чуть-чуть. На сборы беру книги — иногда там нечем заниматься. Последняя из прочитанных — «Азазель» Бориса Акунина. Заинтересовался ею после просмотра одноименной кинокартины.

Оказалось, что книга куда интереснее фильма. Но вообще, именно книг читаю мало. Основное мое чтиво — газеты и Интернет. Мама меня, кстати, упрекает в том, что я не читал «Золотого теленка» — это ее главный аргумент в спорах со мной. Она говорит: «Ты "Золотого теленка" читал? Нет! Вот и не о чем с тобой говорить». Но я знаю, что если когда-нибудь скажу, что читал, она назовет следующее произведение (смеется).

—Мама приходит на Ваши матчи?
— Нет. Вернее, больше нет. Пару раз приходила, но ей тяжело переносить то, как нас колотят. Поэтому я ей больше не разрешаю посещать матчи. Папу тоже не зову, но он приходит сам. Я вообще против родителей на трибунах. Все остальные — друзья, знакомые — пожалуйста.

— В чем отличие игры за сборную и за клуб?
— В игре за сборную больше ответственности, напряжения. Ведь за тобой вся страна. К тому же, игр за сборную меньше, чем в национальном чемпионате, и, следовательно, меньше шансов исправить оплошности. Ну, и играть под знаменем страны очень приятно — ведь это честь и доверие всего государства.

— Вы всегда находили общий язык с тренерами?
— Нет. Бывало по-всякому, иногда едва до драки дело не доходило. Конфликтовал в основном на ранней стадии карьеры — юношеская несдержанность, эмоции, максимализм. В «Аркатроне», к тому же, еще и тренер был под стать мне, импульсивный — Николай Жук. Мы с ним не сошлись характерами, часто ссорились, но в тоже время успешно сотрудничали.

Наше непонимание за пределы площадки не распространялось. Николай наложил больший отпечаток на всю мою гандбольную жизнь. Он дал мне много игровых и волевых качеств — то чем я сейчас пользуюсь на площадке. Что касается «Машеки», то здесь тренеры первоклассные. И признаться, я даже не ожидал такого. Меня Леонид Бразинский и Александр Жиркевич даже поразили в хорошем смысле. Они — мужики, к ним можно обратиться с любым бытовым вопросом и они помогут. За таких тренеров игроки и бьются на площадке.

— Удобно ли для Вас расписание игр в сезоне?
— Говорить о том, удобно ли оно лично для меня или нет, я бы не стал. Под всех подстроиться невозможно. Хотя признаю, из-за больших перерывов между матчами многие игроки выходят из тонуса. Такие бреши появляются в связи с играми сборной. Хотя в Европе тоже сборные выступают, но клубы в сезоне играют более равномерно.

— Вы питаетесь по особой диете?
— Значительных отличий от «неспортивного» рациона нет, просто мы кушаем больше других людей. А что конкретно — каждый решает сам: кто-то ест более легкую пищу, кто-то без обильной еды не может. Игрок должен самостоятельно следить за такими вещами, мы же профессионалы. Я, например, понимаю, что если поем на ночь, утром будет тяжело бегать. Поэтому выбираю кефир и творожок. Кстати, по игре хорошо видно, кто прибавил в весе — такой спортсмен двигается по-другому, другая манера игры. Я по себе вижу — за выходные набираю, а на неделе сбрасываю вес.

— Спорт дает немереную физическую силу. Как Вы ее применяете в жизни?
— Применяю по-разному. Хорошая физическая форма, дает возможность заступиться за себя и за близкого человека. В жизни ведь бывают такие ситуации, когда приходится и кулаками помахать. Но это не главное — помогает сама комплекция — она отпугивает людей. Логику человека в этом случае понять просто. К тому же, мое спортивное телосложение привлекает внимание девушек. Скрывать не стану, на пляже мне раздеться не стыдно (улыбается).

— С будущей женой тоже на пляже познакомились?
(Смеется)
— Нет, с Полиной мы знакомы уже лет семь-восемь. Еще в колледже вместе учились на параллели, затем долго не общались. Через некоторое время случайно списались в известной социальной сети «Одноклассники». Общение такого рода продолжалось длительное время, и в марте 2010 года решили увидеться. Мы встречались чуть меньше года, а 5 декабря я сделал ей предложение.

— Как это было, если не секрет?
—На такой важный шаг я решился в День ее рождения. Когда во время застолья до меня дошла очередь произносить тост, я поздравил свою теперь уже невесту, выдержал минутную паузу и только потом, когда все потеряли бдительность, достал из кармана золотое кольцо. Все были в шоке! Да и я волновался. Дал своей любимой три дня на размышления. Правда, уже через час получил от нее согласие. С ребятами из команды уже в Могилеве поехали выбирать кольцо.

— А где будете праздновать?
— Праздновать будем в Минске. Оно и понятно, там находится большинство наших друзей и родственников. Планируем, что свадьба будет шумной. Не стану скрывать, решиться на женитьбу нелегко для любого мужчины. Однако предложение я делал обдумано, и ни на секунду об этом не пожалел. Ведь мы с Полиной единомышленники, мне с ней очень комфортно. В придачу, и теща у меня будет золотая — всегда вкусно накормит и далеко живет! (Смеется) Так что, 11 июня прощаюсь с холостяцкой жизнью.

— Поздравляем Вас и Полину с таким счастливым событием! Совет вам да любовь!
— Большое спасибо!

Л. Соловьева, А. Синиченко